В 2025 году 35,3 миллиона украинцев пользовались интернетом — это 89,6% населения. За этими цифрами стоит не просто статистика подключений, а глубокое неравенство в том, насколько люди способны превратить доступ в реальные возможности: найти работу, получить медицинскую помощь, защитить свои права или просто оставаться на связи с близкими во время блекаутов.
Война ускорила цифровизацию так, как не смогли бы никакие пятилетние планы: Дия стала повседневным инструментом для более чем 21 миллиона человек, а проекты по подключению сел и социальных учреждений существенно сократили инфраструктурный разрыв. В то же время миллионы граждан — преимущественно пожилого возраста, жителей отдаленных сел, малообеспеченных семей и внутренне перемещенных лиц — остаются в зоне частичного или полного цифрового исключения не только из-за отсутствия связи, но и из-за недостатка навыков, доверия и ощущения, что технологии «не для них».
Цифровой разрыв в 2026 году — это уже не только про кабели и смартфоны. Это про то, может ли человек самостоятельно подать заявление на компенсацию за разрушенное жилье, воспользоваться онлайн-записью к врачу или защититься от мошенничества на базе искусственного интеллекта. И именно здесь пропасть между теми, кто движется вперед, и теми, кто все больше отстает, становится самой глубокой.
От советских телефонных очередей до спутникового интернета: как история сформировала сегодняшний разрыв
Украинское цифровое неравенство имеет глубокие корни. В советские времена доступ к персональным компьютерам и даже качественной телефонной связи был привилегией крупных городов и определенных профессиональных групп. 1990-е и начало 2000-х принесли первые модемы и интернет-кафе, но для большинства сельских семей это оставалось далекой экзотикой. Быстрый рост мобильного интернета в 2010-х годах частично сгладил ситуацию, однако фиксированная широкополосная связь в селах развивалась медленно — дорого, технически сложно и не всегда выгодно операторам.
Полномасштабное вторжение 2022 года стало одновременно разрушителем и ускорителем. Более 4300 базовых станций были повреждены или уничтожены уже в первые месяцы. Многие прифронтовые и деоккупированные территории потеряли стабильную связь. В то же время государство и бизнес сделали то, что раньше казалось невозможным: Дия за считанные месяцы стала основным каналом взаимодействия миллионов людей с государством, а проекты вроде интернет-субвенции подключили к высокоскоростному интернету более 7500 социальных объектов в более чем 3000 селах, охватив свыше миллиона жителей. К концу 2024 года 89% учреждений социальной сферы имели доступ к качественной связи, а покрытие 4G достигло 97,6% населения на подконтрольной территории.
Этот военный «цифровой скачок» сократил часть разрыва, но не устранил механизмы его воспроизводства. Там, где появилась инфраструктура, часто не хватало навыков и мотивации. Там, где навыки были, могли подвести нестабильное энергоснабжение или страх мошенничества. История показала: технологии сами по себе не гарантируют равенства — они лишь создают новое поле, на котором неравенство может либо обостриться, либо начать сглаживаться в зависимости от сопутствующих решений.
Четыре уровня цифрового неравенства: от кабеля до реального влияния на жизнь
Цифровой разрыв давно перестал быть одномерным. Сегодня специалисты выделяют несколько взаимосвязанных уровней, и Украина 2026 года демонстрирует все они одновременно.
| Уровень | Что означает | Кто больше всего страдает | Типичные последствия |
|---|---|---|---|
| 1. Доступ к инфраструктуре | Наличие стабильного интернета и устройства | Сельские жители, прифронтовые территории, малообеспеченные семьи | Невозможность пользоваться онлайн-услугами, онлайн-обучением, телемедициной |
| 2. Навыки и грамотность | Умение устанавливать приложения, искать информацию, защищаться от рисков | Люди 60+, лица с низким образованием, некоторые ВПЛ | Зависимость от помощи других, ошибки при пользовании сервисами, уязвимость к мошенничеству |
| 3. Качество использования | Насколько активно и эффективно человек применяет технологии в повседневной жизни | Те, кто имеет доступ и базовые навыки, но не видит практической пользы | Пропущенные возможности трудоустройства, образования, получения помощи |
| 4. Результаты и агентность | Способность достигать реальных жизненных целей благодаря цифровым инструментам (включая искусственный интеллект) | Все предыдущие группы + люди без доступа к современным инструментам ИИ | Рост разрыва в доходах, социальной мобильности, участии в общественной жизни |
Каждый следующий уровень зависит от предыдущего, но не определяется им автоматически. Человек может иметь быстрый интернет и современный смартфон, однако из-за страха или недостатка уверенности так и не научится пользоваться Дией или онлайн-банкингом. И наоборот — ограниченный доступ иногда компенсируется высокой мотивацией и помощью сообщества.
Украина в цифрах 2026 года: 89,6% проникновения и то, что скрывается за этим показателем
Согласно анализу DataReportal по данным конца 2025 года, 35,3 миллиона украинцев пользовались интернетом. Мобильных подключений — 55 миллионов (140% от населения), из них почти 94% — широкополосные. Медианная скорость мобильной загрузки достигла 58,73 Мбит/с — рост на 193% за год. Средняя скорость фиксированного интернета — 88 Мбит/с.
Исследование «Дия.Освіта» 2025 года показало, что доля взрослых с базовым уровнем цифровых навыков и выше составляет около 58% — показатель, близкий к среднему по странам ЕС. Количество людей без каких-либо цифровых навыков сократилось до примерно 4%. 97% имеют доступ к интернету, 92% пользуются им ежедневно. При этом 42% взрослых и 70% подростков уже применяют инструменты искусственного интеллекта, а половина взрослых хотя бы раз принимала решение на основе взаимодействия с ИИ.
За этими оптимистичными цифрами скрываются устойчивые разрывы. Электронными государственными услугами в 2024 году пользовались 69% городских жителей против 57% сельских. Среди молодежи показатель превышал 70%, а среди людей старше 70 лет — лишь 22%. Люди с низким достатком значительно реже пользуются е-услугами. Широкополосный фиксированный интернет до сих пор доступен далеко не всем: в целом около 63% населения.
Война добавила новых измерений. Энергетическая нестабильность заставила операторов внедрять технологии, позволяющие сетям работать без электричества до 72 часов. В то же время в прифронтовых районах и на деоккупированных территориях качество связи остается нестабильным. Появление технологии Direct to Cell (прямое подключение смартфонов к спутникам) в 2025 году открывает новые возможности для самых отдаленных уголков, но требует информированности и совместимых устройств.
Кто остается за бортом: портреты людей, для которых технологии до сих пор чужие
Цифровой разрыв — это не абстрактная статистика. Это конкретные жизни.
Ольга, 74 года, село на Полтавщине. Имеет смартфон, который подарила дочь. Умеет отвечать на звонки и смотреть видео в мессенджере. Когда нужно записаться к врачу онлайн или подать заявление на субсидию — звонит внучке. Боится нажать не те кнопки и «что-то сломать». После повреждения крыши во время обстрела не смогла самостоятельно оформить компенсацию через Дию — помогали соседи.
Андрей, 47 лет, небольшой город на востоке, низкий доход. Имеет стабильный мобильный интернет. Пользуется YouTube и Telegram. Не умеет создавать надежные пароли, часто попадает на мошеннические ссылки. Недавно потерял несколько тысяч гривен из-за фейкового «звонка от банка». Не пользуется онлайн-банкингом — «лучше в кассу, там понятно».
Мария, 38 лет, ВПЛ из Донецкой области, сейчас в западном регионе. Имеет ноутбук и неплохой интернет. Хочет работать удаленно, но не знает, как правильно оформить резюме в LinkedIn, как пользоваться онлайн-инструментами для фриланса и как защитить персональные данные. Несколько раз получила отказ из-за «недостаточного цифрового профиля».
Эти истории объединяет не отсутствие устройств, а сочетание нескольких барьеров: страх ошибки, недостаток практического опыта, иногда — отсутствие человека рядом, который может объяснить без осуждения.
Мифы и ошибки, которые только углубляют цифровой разрыв
Некоторые представления о том, «как преодолеть цифровое неравенство», не просто не работают — они вредят.
Миф первый: «Достаточно выдать смартфон или планшет — и человек подключится». На самом деле без мотивации, базовых навыков и поддержки устройство часто становится источником стресса или вообще лежит без дела. Многие пожилые люди получили гаджеты от детей, но пользуются ими только для звонков.
Ошибка вторая: «Молодежь все объяснит». Взрослые дети и внуки часто не имеют времени или терпения объяснять медленно и без осуждения. Возникает стыд, а за ним — отказ от попыток. Лучше работает формат «ровесник обучает ровесника» или специальные курсы для пожилых.
Миф третий: «Главное — инфраструктура, навыки подтянутся сами». Опыт показывает обратное: в селах, где появился высокоскоростной интернет, уровень пользования электронными услугами вырос, но не так сильно, как ожидалось. Нужны параллельные программы цифровой грамотности, адаптированные под местные нужды.
Другая распространенная ошибка — игнорировать психологические барьеры. Страх мошенничества в Украине очень высокий, и он обоснован. Когда человек не умеет различать фейковые звонки и сообщения, любая попытка «стать цифровым» воспринимается как угроза. Без базовых знаний кибергигиены прогресс невозможен.
Чек-лист цифровой включенности: оцените, где вы сейчас, и сделайте первый шаг
Прежде чем искать внешние решения, стоит честно посмотреть на собственную ситуацию. Вот практический чек-лист, который поможет понять, на каком уровне находитесь вы или ваши близкие.
- Есть ли в доме стабильный доступ к интернету (мобильный или фиксированный), которым можно пользоваться ежедневно без значительных перебоев?
- Умеете ли вы самостоятельно установить приложение Дия и пройти авторизацию через BankID?
- Можете ли вы без посторонней помощи записаться на прием к врачу через онлайн-систему или подать заявление на государственную услугу?
- Пользуетесь ли вы онлайн-банкингом для повседневных платежей и переводов?
- Знаете ли вы, как создать надежный пароль и включить двухфакторную аутентификацию?
- Умеете ли вы найти нужную информацию в интернете и проверить ее достоверность (не верить первому попавшемуся источнику)?
- Пользуетесь ли вы видеозвонками для общения с семьей или друзьями?
- Знаете ли вы базовые правила защиты от мошенничества в интернете и мессенджерах?
- Можете ли вы самостоятельно оформить онлайн-покупку или заказать доставку?
- Есть ли у вас опыт использования хотя бы одного инструмента искусственного интеллекта (например, для поиска информации или написания текста)?
Если на большинство вопросов вы ответили «нет» или «не уверен» — начните с одного-двух самых простых пунктов. Если вопросов «да» много, но есть пробелы в навыках безопасности или ИИ — самое время двигаться дальше. Чек-лист не выносит приговор. Он показывает, с чего начать.
Реальные истории и уроки: когда все идет не по плану и как исправить
В нашей практике мы сталкивались со случаем, когда 72-летняя женщина из прифронтового села после подключения Starlink и нескольких занятий в местном центре «Дия.Освіта» не только научилась получать пенсию онлайн, но и начала помогать соседям бронировать лекарства через аптечные приложения. Ключевым стало не просто «научить нажимать кнопки», а показать конкретную пользу для ее повседневной жизни — экономию времени и денег на поездки.
Другая ситуация: мужчина среднего возраста с низким доходом в небольшом городе постоянно попадал на мошеннические схемы. После того как дочь вместе с ним прошла короткий курс по кибергигиене и они вместе настроили простые правила (никогда не переходить по ссылкам из SMS, не называть данные карты по телефону), количество инцидентов упало до нуля. Проблема была не в «нежелании учиться», а в отсутствии практических знаний и чрезмерном доверии к «официальному» тону мошенников.
Признаки того, что цифровое исключение углубляется: человек пропускает важные государственные выплаты или компенсации, потому что не может подать заявление онлайн; испытывает постоянный стресс от попыток «разобраться»; попадает на мошенничество; все больше зависит от помощи детей или соседей и стыдится этого. В таких случаях стоит обратиться в местные центры «Дия.Освіта», библиотеки, которые часто проводят бесплатные занятия, или к волонтерским инициативам, работающим именно с пожилыми людьми и ВПЛ. Иногда достаточно одного-двух занятий в комфортной атмосфере, чтобы человек почувствовал уверенность.
Искусственный интеллект и следующая волна разрыва: что ждет Украину в ближайшие годы
В 2025–2026 годах появляется новое измерение цифрового неравенства — разрыв в доступе к возможностям искусственного интеллекта. 42% взрослых и 70% подростков уже пользуются ИИ-инструментами. Люди с высоким уровнем цифровых навыков получают в среднем в пять раз более высокий доход. Те, кто умеет эффективно использовать ИИ для поиска работы, обучения, автоматизации рутинных задач или даже простого планирования бюджета, получают ощутимое преимущество.
Спутниковые технологии вроде Direct to Cell могут закрыть часть инфраструктурного разрыва в самых отдаленных районах. Но без параллельной работы с навыками и доверием они рискуют стать еще одним инструментом, которым будут пользоваться только те, кто уже «в теме».
Самая важная задача ближайших лет — не просто увеличивать процент проникновения, а обеспечивать, чтобы каждый новый технологический шаг (ИИ, спутниковая связь, новые государственные сервисы) был разработан и внедрен с учетом потребностей самых уязвимых групп. Только тогда цифровой прогресс перестанет воспроизводить старые неравенства в новой форме.
Цифровой разрыв 2026 года — это не приговор и не неизбежность. Это вызов, который имеет четкий адрес: конкретные люди, конкретные барьеры и конкретные инструменты, которые уже работают. Вопрос лишь в том, успеем ли мы их масштабировать так же решительно, как когда-то запустили Дию во время войны.
